Испытать силу демона  - Таша Танари

– Я даю Алинро все, о чем она просила, – холодно произнес Фенрир. – Уверяю, в большую жизнь девочка выйдет более чем подготовленной. Что, учитывая историю вашей семьи, уже много.

– Весьма великодушно с твоей стороны, после того как взял непомерную плату.

– Как есть, – жестко поставил точку асурендр. – Тебе не кажется странным, что она, в принципе, захотела этой сделки? Не испугалась, не отступила, хотя знала кто я. Более того, ребенок, страстно жаждущий дружбы с демоном – само по себе не нормально, а ребенок, мечтающий обрести силу, чтобы защитить себя и близких в будущем – вообще за гранью. Ты так не считаешь?

Лада молчала, ее бледное лицо стало похоже на восковую маску. Только глаза лихорадочно блестели.

– Что она видела такого, что перевернуло ее мир? Порой я всерьез начинаю сомневаться в том, что передо мной ребенок. Словно в ней…

Ведьма вздрогнула и перебила, произнесла с нажимом:

– Она ребенок. Просто ребенок… – осеклась, то ли не в силах закончить, то ли не желая делиться с демонами.

– Что именно, Лада? – повторил Фенрир.

Ведьма шумно выдохнула и все же ответила:

– У нее на глазах погибла ее мать.

Даже Рангар после этих слов напрягся и с силой переплел пальцы, мысленно прикидывая, сколько лет было Алинро на тот момент. Совсем кроха. В душе Фенрира начала зарождаться буря. Внешне никак не отреагировав, он зловещим голосом уточнил, уже зная ответ:

– Огонь?

Лада бросила на него косой взгляд и кивнула. Асурендр поднялся и отошел к окну. Взметнувшийся внутри вихрь лишь набирал обороты. Проклятье: огонь – такая уютная для него стихия. Мгновенно вспомнилось все: и страхи синеглазки, и сомнения, и выбор. Выбор, который она сделала в пользу него, малознакомого демона. С ним она готова была смотреть в глаза собственному страху. Держала Фенрира за руку и смело шагала в пламя, всецело доверяя. Почему? Если в дальнейшем он мог бы объяснить поведение девочки привязкой души, то изначально… она ведь сама согласилась. Он давал возможность уйти, и не раз.

Ребенок? Может, Лада права, и в силу возраста восприятие Али настолько иное, что ему просто не понять. И есть ли смысл искать причины, когда все давным-давно свершилось. Вот и нашелся ответ, откуда в подсознании девочки поселилась эта неискоренимая жажда больше никогда не испытать подобной боли. В подсознании ли? Фенрир резко обернулся:

– Она ведь слишком маленькая была. Что, если…

– Она запомнила, – верно поняла ход его мыслей ведьма. – Как ты заметил, Аля немного отличается от других детей. Мне пришлось немало потрудиться, чтобы убрать страшные картинки из ее сознания, затереть, затемнить, вытеснить. Но полностью исправить последствия увиденного и пережитого оказалось невозможно.

Лада замолчала, размышляя над дальнейшей стратегией ведения разговора. Демон явно не отцепится. Лучше дать ему часть того, что он хочет, и желательно правдивую, насколько это возможно, чем позволить рыть вглубь и обнаружить то, что она столько времени оберегала. Однако прежде нужно выяснить одну беспокоящую вещь. Нарочито презрительно, скрывая, как на самом деле для нее важен ответ, ведьма бросила:

– Будто ты не копался в ее голове? С твоим уровнем, не сомневаюсь, ментальное воздействие тебе доступно. К чему все эти вопросы?

– Не копался! – с раздражением ответил Фенрир, пребывающий сейчас в отвратительном настроении. – Представь себе, не все мы такие уж мерзкие твари.

– Ой, конечно, – фыркнула Лада, пряча за скепсисом облегчение.

Признаться, слова демона ее удивили. Чтобы создание, привыкшее держать все под контролем и не обремененное высокими моральными принципами, и отказалось от самого простого решения.

Рангар тоже с любопытством посмотрел на асурендра. На Алинро стоял мощный ментальный щит, который, например, архистражу вскрыть было бы проблематично. Да он и не пытался – жить еще не надоело. Но этот щит, который Фенрир еще и укрепил, уж точно не являлся преградой для самого лорда. И это было действительно странно с его стороны: лишить себя столь удобного способа взаимодействия с Алинро.

– Как вообще это случилось? – взяв под контроль эмоции, спросил Фенрир. – Насколько мне известно, Мораона болела. Ну или это был пожар в конторе твоего сына. Здесь показания путаются. Мутная ты ведьма, – язвительно заметил он, намекая на множество темных пятен в прошлом сидящей перед ним женщины.

Лада гневно сверкнула глазами, но совладав с первым порывом, позволила себе лишь усмешку. Демон не должен ничего заподозрить, пусть упивается уверенностью обладания информацией.

– И тут порылся, не побрезговал, – процедила она.

Асурендр развел руками.

– Не совсем так. Пожар был, но не только в «Фениксе». Чтобы обезопасить Алю от срыва ментальных блоков, пришлось выдумать легенду с болезнью Мораоны и заставить всех в нее поверить. Она не любила публичность, не имела приятельниц – это было несложно.

– Занятно, – пробормотал Фенрир. Его не покидало ощущение, что ведьма не договаривает, да и с трудом верилось в ее откровенность. Тем не менее уже что-то. – Второй случился здесь?

– Нет, они тогда жили отдельно. Естественно, после произошедшего тот дом Вирсэль с Алей навсегда покинули.

– У кого-то на твоего сына имелся огромный зуб, как я посмотрю. Что на самом деле случилось с отцом девочки? Малышка уверена, что он жив, в чем я лично сильно сомневаюсь. Уж ты бы его нашла, верно?

– Как много тебе известно? – взглянула исподлобья на Фенрира Лада.

– Достаточно.

Ведьма поджала губы.

– Это не ответ. Хочешь диалога – разговаривай.

– Например, про поддержку светлых эльфов, – обронил он.

Лада помрачнела еще больше.

– Да-да, и то, почему они, собственно, ее оказывают… дочь верховного жреца.

– Как же я тебя ненавижу.

– Ты мне тоже весьма симпатична, – вернул комплимент асурендр. – Одного не пойму, как у эльфа мог родиться человек? Или ты приемная? Хм, на кой эльфам нянчиться с человечкой? Это выглядит еще абсурднее, чем первая версия. Загадка, не дающая покоя. Просветишь, а? По-родственному, так сказать, мы ведь теперь не чужие.

– Да пошел ты.

– Ну вот, началось. Думал, мы миновали неконструктивную стадию общения. Что, так плохо иметь среди близких демона? Полно, тебе не привыкать к разнообразию.

Лада прищурилась, а ее зрачки вновь засветились аквамарином.

– Ладно-ладно, – миролюбиво поднял руки Фенрир. – Не все ж одной тебе говорить гадости.

– Так что случилось с Вирсэлем?

– Ты слишком хорошо осведомлен, – констатировала ведьма.

Асурендр шутливо поклонился.

– Я старался. Надо же понимать, с кем имею дело. – Затем посерьезнел и уже спокойным тоном закончил: – Аля не обычная девочка, верно? Поверь, я провел рядом с ней достаточно времени, чтобы сделать выводы. Чего стоит одно твое сомнительное родство с эльфами. И пусть я пока не знаю, в чем именно кроется подвох, но это только пока. Раньше у меня не возникало особой необходимости разбираться, но сейчас все идет именно к тому.